Small talk

– Я вчера проверил свой уровень IQ! – сообщает мне Жульен, меланхолично моя посуду в раковине с мыльной водой. – В интернете попалась анкета с вопросами и я ответил на все! Больше 130 баллов набрал! Я даже не думал, что он у меня такой высокий!

– Может это из-за пива? – подкалываю я его, глядя на две пустые бутылки.

– Очень может быть! Ты знаешь, мой друг ветеринар, пьет пиво каждый день! Так вот он – реально очень умный!

Так выглядит наш «small talk» – что-то вроде разминки для поднятия настроения. Легкая словесная игра может перерасти в соревнование, в котором, как правило побеждает, Жульен, потому что его слово остается последним, а мне просто нечего добавить.

***

Градусы в тени

Сегодня не так жарко, как вчера! – говорю я, глядя на метеосводку в интернете.

– Сегодня тоже 30 градусов! – возражает Жульен, вытирая пот со лба.

– Да нет же. Сегодня уже не 33, а всего +25! Вот посмотри! – протягиваю я свой телефон, чтобы он мог убедиться!

– Да, у тебя здесь показывает +25! Но это потому, что ты сидишь в тени!

***

Фотографии на память

Когда Жульен пришел домой в строгом костюме и узконосых туфлях, я подумала, что он, наверное, ходил в церковь на утреннюю службу. Эти его старые (я бы даже сказала старинные), чрезвычайно узкие туфли, при одном только взгляде на которые возникает мысль об инквизиции с ее «испанским сапожком», надеваются в двух случаях – когда он ходит в церковь, или на собрание церковного комитета, где исполняет почетную роль казначея и главного заместителя президента по всем вопросам. Туфли хорошо сохранились, а при ходьбе издают громкий стук, особенно когда в церкви царит пустота. Там хорошая акустика и почти всегда никого нет.

– Сегодня отпевали нашего старого школьного учителя!  – говорит Жульен совсем тихим голосом. – На церемонии прощания было много людей. А те, что постарше, вспоминали свое школьное детство. И это было, о-очень долго! Потому что каждому было что вспомнить и рассказать.

– Ты тоже произнес надгробную речь? – спрашиваю я, глядя на его грустное и осунувшееся лицо.

– Конечно!

– И что же ты сказал?

– Сказал, что желаю много сил и терпения!

– Кому? Покойному учителю?

– Я пожелал терпения его родственникам… А может и ему тоже.

Сказав это, он подошел к серванту, чтобы положить на полку открытку с приглашением на церемонию прощания. На фотографии покойный учитель выглядит очень веселым и бодрым, в пиджаке и бабочке малинового цвета. Таких открыток-приглашений в серванте уже набралось много за последнее время. Улыбающиеся лица ушедших в мир иной выглядят на них, как правило, празднично и жизнеутверждающе. Некоторые мужчины – с бокалом шампанского в руке, а женщины нарядные, все с прическами и макияжем. Можно даже предположить, что на ногах у них такие же нарядные туфли, может даже на высокой шпильке, но за кадром их не видно.

Портреты умерших стоят в ряд, плотно прижавшись друг к другу и образуя нестройные ряды, похожие на ручейки. Рядом с ними – поздравительные открытки от друзей и родственников, которые разным подчерком желают хозяину дома «Счастья, Здоровья и долгих лет Жизни».

Глядя на портрет усопшего, Жульен вздыхает и ставит картонную книжечку с фотографией на полку, рядом с другими участниками мемориала.

– Когда захотят и мне сделать такую открытку с фотографией, надо им сказать, пусть вместо моего портрета будет изображена овца.

– Почему овца? – удивленно спрашиваю я. 🐑

– Ну хоть какое-то разнообразие! …

Никогда не бываю уверена, шутит он, или говорит всерьез. Наверное и то, и другое в этот раз. А может и не только в этот.

***

Корова Фридриха

Этой весной у Жульена прибавилось в хозяйстве овец. И хотя он точно знает сколько их у него (потому что все записаны в журнал наблюдения по номерам, а бирки с номером приколоты к уху), все же каждое утро пересчитывает. Так, на всякий случай. А если вы спросите сколько у него овец на сегодня, не ждите быстрого ответа. Глядя куда-то в пространство (видимо представляя их себе), он будет что-то подсчитывать в уме, затем вслух складывать число взрослых и маленьких, добавит тех, что пасутся на других участках, и в итоге скажет «приблизительно столько-то». Скажем, где-то около пятидесяти, с небольшим. Возможно это и правильно, не называть точную цифру, «щоб не наврочити».

Зато он может назвать точное число коров у Фридриха. Фридрих – молодой фермер, который, как и Жульен, унаследовал свое увлечение от отца скотовода. Он разводит коров, но не обычных, дающих молоко, а таких, я бы сказала, коров-спортсменов, с крепкими мускулами и сильно выдающимися ягодицами. Если искать аналогии в мире людей, то их можно было бы сравнить с культуристами, которые за счет накачанных мышц, как известно, отличаются нечеловеческой красотой.

Среди таких коров, как и среди спортсменов-культуристов, существует конкурсы красоты, и Фридрих каждый год везет своих красавиц на состязание, в надежде получить приз. Важность этого мероприятия нельзя недооценивать. Получив медаль и сертификат качества, корова мгновенно вырастает в цене и обеспечивает хорошую родословную своим потомкам.

Когда Фридрих звонит Жульену (а по телефону он говорит громко, почти кричит), может показаться, что какая-то женщина бьется в истерике и просит о помощи. Но вот Фридрих появляется на пороге, приветливо улыбается из-под черных усов и вполне мужским голосом говорит: «Привет! Хозяин дома?». И куда же, интересно, подевался этот его тембр «al soprano»?

Собираясь везти коров на конкурс, Фридрих просит Жульена поехать с ним, и старик, как всегда, соглашается. Среди местных фермеров, как я заметила, существует нежная, почти родственная связь. (Так я думаю, исходя из наблюдений за одним отдельно взятым овцеводом, у которого много забот по хозяйству, но всегда найдется время для соседа-фермера).

Жульен соглашается. Он не может отказать молодому коллеге, тем более, что по телефону просьба Фридриха звучит почти, как крик о помощи. Он едет с ним и становится не только водителем спецтранспорта, грузчиком и помощником, но и веселым спутником в длинном путешествии.

Обычно Фридрих возит на выставку не менее трех коров (как и предусмотрено правилами), но почему-то в этот раз – взял одну. Видимо, был уверен в ней на все сто. Перед отъездом он получил нужную справку от ветеринара, вычистил красавицу до блеска и выбрил большой участок на ее бедре, как и полагается в таких конкурсах, чтобы комиссия экспертов могла рассмотреть рельефные мышцы животного. Похоже, Фридрих сделал все перед отъездом, чтобы у будущей «Мисс рогатая красавица 26» был достойный вид. Оставалось надеяться, что его единственная претендентка получит таки заслуженную медаль.

Когда Жульен вернулся поздним вечером домой, лицо его было уставшее, но в глазах светилась какая-то тайная радость.

– Рассказывай! Как съездили! – спросила я, встретив его на дальнем дворе.

– Все хорошо! Дорога была, конечно нелегкая! Даже поесть не успели – такая суета была вокруг! Но зато я купил на выставке двух отличных овец!

– Не может быть! – говорю я! Наверное, ты шутишь! Их же уже 55, наверное!

– Ничего я не шучу! Вон они там стоят, посмотри!

Вдалеке действительно замечаю двух овец белоснежного цвета. Они еще чистенькие и идеально подстрижены, «как будто с выставки».

– Это Симон-Кристоф и Франсуаза! – довольным голосом говорит Жульен. –  Самец мне был нужен на будущее, чтобы избежать инцеста. А Франсуаза – его подружка!

Оказалось, что конкурс был в основном для овец, а ее организаторы – «Ассоциация овцеводов провинции Люксембург и Королевское общество лошадей в Арденнах» – предоставили немного места и для коров в этом фестивале красоты.

– Понятно. Значит не зря съездили. А что же корова Фридриха? Она выиграла что-нибудь?

– Ну про это я тебе позже расскажу! Там целая история!

На следующий день Жульен рассказал историю в подробностях. Оказалось, что когда они прибыли на место, корова Фридриха на отборочном туре получила отказ. Комиссия отстранила рогатую красавицу с помытой шеей от участия в конкурсе, еще до того, как он успел начаться.

– Вот это да! – восклицаю я! А в чем же причина?

– Причина? У нее оказался неправильный прикус.

Как сказать «прикус» на английском он не знает, а на нидерландском не знаю я. В таких случаях Жульен прибегает к языку жестов – показывает на себе.

Однажды, уезжая из дому, он попросил меня присмотреть за овцой, которая должна была скоро родить, и провел короткий инструктаж, сопровождая его показом. Вытянув вперед руки и опустив голову вниз, он потянулся всем корпусом вперед, как это делают пловцы брасом. Так он изобразил рождение ягненка. В одно мгновение Жульен превратился в маленькую невинную овечку, которая готовится выйти на Свет, а я, еле сдерживаясь от смеха, внимательно следила за его движениями, представляя весь процесс, каким он должен быть. Все-таки принимать роды у овцы – дело серьезное и ответственное!

Изображая корову Фридриха и ее «неправильный прикус», Жульен скорчил гримасу, вытянув вперед челюсть с оттопыренной нижней губой, и я сразу догадалась, что с ней не так и почему забраковали.

– А что же Фридрих, он расстроился?

– Конечно! Он вообще не знал, что прикус имеет значение! И его ветеринар, видимо, тоже не знал. Но скоро, будет новый конкурс, уже не так далеко, и в этот раз он повезет не одну корову, а трех, как и записано в правилах.

– А как он ухаживает за коровой, чтобы она имела шанс победить на соревнованиях? Может, кормит каким-то специальным кормом?

– Конечно, кормит самым лучшим! Но не только это!

– А что еще?

– Каждое утро он ее гладит и целует! – говорит Жульен, слегка улыбаясь.

Шутит, наверное? А может и нет.

***